Интервью: СК о борьбе с наркомаркетами

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Как обстоят дела с преступностью в Беларуси? Как была купирована деятельность крупнейшей площадки для торговли наркотиками в Беларуси? Об этом в беседе с корреспондентом БЕЛТА рассказал первый заместитель председателя Следственного комитета Олег Шандарович.

— Олег Станиславович, как можно охарактеризовать сегодняшнюю ситуацию с преступностью в нашей стране?

— Ситуация в нашей стране остается стабильной, и это первый признак того, что правоохранительные органы в Беларуси работают слаженно. Рост преступности составляет около 1%. По регионам тенденции разные: где-то количество преступлений растет, где-то, наоборот, уменьшается. Общая структура преступности также остается практически неизменной. Традиционно самую большую долю от их общего числа составляют кражи, они занимают примерно 30%. Кроме того, в последнее время наблюдается стабильное снижение количества преступлений в сфере информационно-коммуникационных технологий. Следует отметить, что динамика этих преступлений пошла на уменьшение еще в прошлом году. Если говорить точнее, то количество таких преступлений уменьшилось на 16%.

— С чем это может быть связано?

— Прежде всего это связано с проводимой комплексной профилактикой. Взрывной рост таких преступлений начался во второй половине 2020 года. Тогда буквально каждый месяц их число увеличивалось на 1 тыс. Возможно, в некоторой степени это было связано и с событиями 2020 года. Правоохранительные органы стали бить тревогу, но дело не сразу дошло до средств массовой информации и осознания граждан. Мы стали активно доводить до общественности информацию о новых видах мошенничеств и киберпреступлений, разработали все возможные рекомендации, правила общения, четкие алгоритмы действий при звонках злоумышленников нашим гражданам. Это буквально звучало из каждого утюга. Как только профилактическая работа была налажена в полной мере, мы сразу отметили значительное снижение количества таких преступлений. Нельзя не обратить внимание и на тот факт, что одним из этапов резкого снижения количества таких преступлений стало начало специальной военной операции в Украине. Причем произошло это одномоментно. Думаю, что, глядя на это, люди способны сами сделать выводы, с кол-центров какой страны звонили псевдобанкиры.

— Не менее часто в сводках появляется информация о задержании очередного закладчика наркотиков или ликвидации магазина по распространению запрещенных веществ. Оборот наркотиков — это по-прежнему острая и актуальная проблема для Беларуси?

— Если обратиться к истории, то нужно вспомнить декрет №6 от 2014 года («О неотложных мерах по противодействию незаконному обороту наркотиков». — Прим. БЕЛТА). До его принятия отмечался лавинообразный рост, связанный с тем, что люди торговали психотропами по сути легально. Компетентные ведомства попросту не успевали вносить компоненты в списки запрещенных веществ. Более того, были целые интернет-магазины, которые в прямом смысле уничтожали здоровье людей и при этом спокойно существовали на территории нашей страны. В химической формуле психотропа могли изменить буквально один атом и торговать им фактически легально. Тогда общими усилиями мы смогли остановить это, и сейчас ситуация остается стабильной. Как работа правоохранительных органов влияет на наркорынок, можно ярко видеть на примере, когда в результате международной специальной операции была ликвидирована крупнейшая наркосеть «Гидра», — в сфере накроторговли появился определенный вакуум. У потребителей был спрос, но предложение не могло удовлетворить его. И это продолжалось несколько месяцев, когда на нелегальном рынке попросту не хватало наркотических средств. Это тоже важно, ведь даже эти два или три месяца могли спасти жизнь не одному человеку. Кто-то не попробовал наркотики впервые. Кто-то не попробовал их второй раз и не успел подсесть. Это невозможно посчитать, но это определенный показатель нашей общей работы.

— В Беларуси одно из самых громких дел, связанных с оборотом наркотиков, касается организации под названием Scorp.cc. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этой площадке.

— По делу «Скорпа» к уголовной ответственности уже привлечено более 150 человек. Дела направлены в суд, а нескольким десяткам обвиняемых уже вынесен приговор. Вообще, «Скорп» — это преступная организация, состоящая из преступных групп и магазинов и является крупнейшей площадкой для распространения наркотических средств в нашей стране. Такого громкого дела, связанного с оборотом наркотиков, в истории Беларуси действительно еще не было и оно по-своему уникальное. На данный момент ликвидированы некоторые его структурные подразделения, поэтому правильнее сказать, что его деятельность купирована, но по самой сетевой преступной организации мы продолжаем работать. Нужно понимать, что несмотря на весьма болезненные удары правоохранительных органов по наркобизнесу, организаторы предпринимают активные меры по реорганизации, реструктуризации, используют современные технологии, разрабатывают новые способы конспирации, пытаясь сделать реализацию наркотиков максимально латентной. Но мы будем работать вплоть до полного искоренения этой «заразы» в нашей стране. Неважно сколько сил и средств на это потребуется, мы будем рушить их систему снова и снова.

— В чем заключается уникальность этого дела и с какими сложностями столкнулись следователи?

— Впервые мы столкнулись с этим в 2014 и 2015 годах. Люди, которые привлекались к уголовной ответственности, даже не были знакомы лично и впервые видели друг друга только на скамье подсудимых, а потому и быть частью преступной организации якобы не могли. Подобные организации — это своего рода сетевой криминальный бизнес со всеми атрибутами, которые присущи классическому. Как и в любом бизнесе, здесь также есть иерархия, кадровая система, внутренние правила и должностные обязанности. Сложности были вполне закономерными. Например, это отсутствие какой-либо судебной практики по привлечению участников таких организованных групп к уголовной ответственности. Прецеденты формировались здесь и сейчас. Как я уже сказал, преступники порой вообще не знают друг друга, а лаборатории могут находиться на территории нескольких стран. Сложнее всего собрать доказательную базу и установить связи между участниками этой преступной группы. Все собиралось буквально по крупицам. Мы тщательно изучали переписку и содержимое телефонов задержанных, пытались зацепиться за самые мелочи, начиная от обрывков фраз в разговорах, заканчивая сходствами в упаковке наркотиков.

— Вы сказали, что это масштабная преступная группировка со сложной иерархией. Какие роли в ней выполняли задержанные?

— Сразу отмечу, мы привлекли не только рядовых курьеров. Бытует мнение, что сотрудники правоохранительных органов задерживают лишь низовых закладчиков. Но по делу «Скорпа» была проведена уникальная следственная работа. В результате нам удалось привлечь организаторов среднего звена и ликвидировать целый ряд магазинов. Кроме того, мы выявили новое для нас явление, так называемых спортиков. Это сотрудники наркомаркета, которые являются коллекторами и наказывают провинившихся курьеров. Фактически они исполняют карательную функцию, дисциплинируют систему сбыта и таким образом обеспечивают бесперебойную работу этого механизма еще и защищая организаторов от риска потери прибыли, сырья или самого «товара». Простыми словами, они такие же участники организованной преступной группы. Соответственно, это уже не просто хулиганство или причинение телесных повреждений, а совсем другая квалификация, предусматривающая более суровое наказание.

— Есть ли какая-то информация о преступном доходе руководящего звена «Скорпа». Кого удалось привлечь к ответственности?

— Оборот только одного из руководителей этой преступной группировки составлял около Br13 млн. И это буквально за последние год или два. Это только то, что было зафиксировано и изъято. Фактически его выручка может быть в разы больше. Но, так или иначе, речь идет о миллионах долларов.

— Почему состав подобных преступных групп постоянно видоизменяется, а деятельность их становится все более многоступенчатой?

— Правоохранительная система стала эффективнее работать, и именно поэтому схема организации наркомаркетов стала более разветвленной. Мы значительно усложняем жизнь организаторам наркобизнеса. Когда они усложняют организацию и добавляют новые ячейки в структуру преступной группы, их прибыль от реализации наркотиков уменьшается. Появляется больше работников, с которыми нужно делиться. Соответственно, увеличивается и количество обвиняемых. Если раньше в преступную группу входили организатор, посредник и закладчик, то сегодня она совершенствуется. В цепочке появились новые звенья: химики, коллекторы, финансисты, маркетинговая служба, операторы и прочие. Организаторам также стало сложнее вербовать рядовых работников. Особенно это касается закладчиков, которые, по сути, являются обычным пушечным мясом. Усложнились и схемы доставки. С учетом деятельности правоохранительных органов, доставлять наркотики в Беларусь становится все сложнее. Наркобизнес в нашей стране становится все менее выгодным. Быть может, именно поэтому появились телефонные аферисты, которым заработать гораздо проще. За один звонок, без каких-либо особых сложностей мошенник может похитить десятки тысяч долларов.

— Не могли бы вы описать некий социальный портрет закладчика наркотиков? Ведь именно они чаще всего фигурируют в криминальных сводках.

— Это совершенно разнообразный контингент. Это могут быть студенты, безработные, рабочие, люди с высшим образованием. Что касается «Скорпа», то на скамье подсудимых по большей части оказались люди в возрасте от 18 до 23 лет, но были и несовершеннолетние. Это может быть связано с тем, что взрослого человека сложнее убедить заниматься преступной деятельностью. Кроме того, взрослые люди уже в каком-то смысле состоялись в жизни и понимают, что легких денег не бывает. А молодежь, к сожалению, привлечь перспективой быстрого и легкого заработка гораздо проще. Среди рядовых работников наркомаркета также часто встречаются и потребители, которые работают не за деньги, а за вещество. Такими людьми уже движет не заработок, а желание получить дозу. Некоторые из них уже ранее судимы за незаконный оборот наркотиков, но непреодолимое желание постоянного потребления снова приводит их к преступной деятельности.

— Периодически можно прочесть в СМИ о случаях трагических исходов употребления наркотиков. Сколько уголовных дел было заведено по фактам смертельного отравления наркотиками?

— Следует отметить, что метадон — это основной источник смертельной передозировки. Около 80% смертей от употребления наркотиков приходится именно на это вещество. Сейчас мы наблюдаем значительное снижение. За десять месяцев прошлого года было 110 случаев смерти от употребления наркотиков. В текущем году зафиксировано 62 факта смертельной передозировки. При этом, 42 человека умерли именно от передозировки метадоном. Были и групповые смерти. Есть вероятность, что это была одна и та же партия наркотика.

— Есть ли какое-то объяснение, почему чаще всего именно метадон приводит к смертельной передозировке?

— Сначала отмечу, что объемы изъятия запрещенных веществ постоянно растут. Нужно понимать, что неизвестно, кто может заниматься изготовлением наркотика, и неизвестно, что и в каких пропорциях они могут туда намешать. Элементарная ошибка в десятой доле грамма может сделать дозу смертельной. Мы сейчас пришли к тому, что с использованием интернета люди могут организовать лабораторию даже без необходимых знаний. Вопрос только в том, что они там сварят.

БелТА.



Веснік Глыбоччыны - Новости г. Глубокое и Глубокского района,
© Авторское право принадлежит учреждению "Редакция районной газеты "Веснік Глыбоччыны" Глубокского района , 2021г.
Гиперссылка на источник обязательна. Условия использования материалов.


Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru